На фоне обострения отношений с Западом из-за ядерной программы, высокопоставленный иранский чиновник выступил с прямой угрозой применения ударных беспилотников против европейских городов. Это заявление вызвало серьезную обеспокоенность в столицах Европы и привлекло внимание к растущим возможностям Ирана в области беспилотных технологий.
Суть угрозы: «Пять дронов могут нанести удар по европейскому городу»
В середине июля 2025 года Мохаммад Джавад Лариджани, бывший высокопоставленный судебный чиновник и советник верховного лидера Ирана, в эфире государственного телевидения заявил о возможности атак на европейские цели. «Европейцы больше не могут спокойно передвигаться по своим странам, — сказал Лариджани. — Вполне возможно, что в ближайшем будущем пять дронов смогут нанести удар по европейскому городу».
Эти заявления прозвучали на фоне усиления международного давления на Тегеран. В частности, речь идет о возможном восстановлении санкций ООН со стороны Великобритании, Франции и Германии (E3) из-за несоблюдения Ираном условий ядерной сделки 2015 года. Ситуацию усугубил недавний шаг Ирана по высылке инспекторов Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), которых Тегеран обвинил в передаче разведданных.
Ранее Лариджани также допускал высказывания, которые были расценены как завуалированная угроза убийства бывшего президента США Дональда Трампа с помощью БПЛА.
Технический контекст: арсенал «Шахедов»
Хотя Лариджани не уточнил, какие именно беспилотники могут быть использованы, основной угрозой считаются дроны-камикадзе семейства Shahed, в частности, модель Shahed-136 (известная в России как «Герань-2»).
- Дальность: заявленная дальность полета Shahed-136 достигает 2500 км, что теоретически позволяет ему достигать некоторых частей Юго-Восточной Европы с территории Ирана. Однако более реалистичным сценарием является запуск с территории стран-союзников или с морских платформ.
- Боевая часть: дрон несет боевую часть массой от 30 до 50 кг. Хотя этого недостаточно для разрушения крупных укрепленных объектов, такой заряд способен нанести значительный ущерб гражданской инфраструктуре и привести к жертвам среди населения.
- Наведение: Shahed-136 использует инерциальную навигационную систему (INS) в паре с гражданским приемником ГНСС (GPS/ГЛОНАСС), что делает его относительно простым в производстве, но уязвимым для средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ).
- Производство: вызывает тревогу и углубление военно-технического сотрудничества Ирана с Россией. В частности, развертывание производства Shahed-136 в Татарстане с планами выпуска до 6000 единиц к лету 2025 года значительно увеличивает технологические и производственные компетенции обеих стран.
«Иранские беспилотники уже представляют собой распространяющуюся угрозу на Ближнем Востоке. С Россией в качестве сопродюсера возникает серьезная опасность того, что еще более совершенные БПЛА могут оказаться в нестабильных регионах», — отмечают эксперты.
Правовой и нормативный контекст: европа в состоянии повышенной готовности
Официальные лица Европы и структуры безопасности серьезно относятся к подобным угрозам. Незадолго до заявлений Лариджани, Комитет по разведке и безопасности парламента Великобритании назвал Иран одной из трех главных государственных угроз национальной безопасности, указав на использование шпионских и прокси-сетей в Европе.
Агентство по авиационной безопасности Европейского Союза (EASA) регулярно публикует бюллетени об информационных зонах конфликтов (CZIB). Хотя прямой реакции на слова Лариджани не последовало, EASA поддерживает в силе информационное уведомление для Ирана, предупреждающее о высоком риске ошибочной идентификации гражданских воздушных судов ПВО страны. Это подчеркивает общую напряженность в регионе.
В апреле 2025 года в докладе Парламентской ассамблеи НАТО «Угроза Ирана региональной и евроатлантической безопасности» уже отмечалось, что ракетная программа Ирана и его дестабилизирующие действия представляют риск для альянса.
Последствия для гражданской отрасли и перспективы
Прямые угрозы применения военных дронов против гражданских объектов являются тревожным сигналом. Это подчеркивает двойную природу беспилотных технологий и стирание грани между военным и гражданским применением.
- Усиление контроля: подобные инциденты могут привести к дальнейшему ужесточению правил полетов для гражданских дронов в Европе и ускорению развертывания систем C-UAS (противодействие БПЛА) для защиты критической инфраструктуры.
- Геополитическое давление: угрозы со стороны Ирана могут быть использованы как рычаг давления в переговорах по ядерной сделке и другим вопросам, что еще больше дестабилизирует международную обстановку.
- Репутационные риски: для гражданской индустрии дронов подобные новости создают негативный фон, ассоциируя технологию с терроризмом и агрессией, хотя подавляющее большинство БПЛА используется в мирных целях.
На данный момент угрозы Мохаммада Джавада Лариджани остаются на уровне риторики. Однако они служат серьезным напоминанием о том, как быстро развивающиеся беспилотные технологии могут стать инструментом в руках государств для достижения своих политических целей, создавая новые вызовы для международной безопасности.
* Источник фото — thedroningcompany.com
